«Не цепляло», я думаю, еще и потому, что непонятно было, против чего я выступаю, с чем и с кем воюю, выдвигая эту идею. Поскольку речь идет о политике это момент важный: политики не бывает без оппонента, противника или даже врага (тут возможны варианты). Понимая это, я обозначил альтернативу политики развития как «политику интересов», но, как теперь выясняется, сам не до конца разобрался с такой альтернативой. В общем, это было маловыразительно, и здесь приходилось пускаться в объяснения, неуместные в подобной ситуации: такие вещи должны схватываться на уровне лозунгов.
К этому надо еще добавить, что само слово «развитие» понимается очень по-разному, причем не только в бытовом употреблении, но даже в философском или политологическом сообществах. То, что о развитии думают методологи, никогда широкому обсуждению не подвергалось, а за пределами нашего сообщества бытуют совсем другие представления. Там надо, как минимум, обсуждать отличие развития от эволюции, роста, модернизации, прогресса. Это все разные вещи. Но, если не принимать сказанного в расчет, то слова о политике развития становятся каким-то благим пожеланием вроде того, что лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным. Я же настаиваю на том, что это выражение надо понимать почти как математическую формулу, и теперь хочу эту формулу раскрыть, насколько сумею. И, если говорить о развитии как ценности, то политика развития из красивого словосочетания может превратиться в (и быть описана как) идеальный тип политики, если воспользоваться классической идеей Макса Вебера.
Первое и главное. Мне не удалось коротко и ясно сформулировать основную идею, ради которой все затевалось: в чем суть и специфика политики развития, как особого типа политики? Каков ее статус: что именно я предлагал: обобщение неких эмпирических наблюдений, теоретическую конструкцию или проект? И что нового вносит (если вносит) эта идея в корпус методологических представлений? Когда до сходных идей дошли американцы, они, будучи прагматиками, сформулировали все очень точно и доходчиво. Р. Райт даже неологизм изобрел специальный «ненулевость», который обыгрывает в своей книге . Он апеллирует к теории игр, где известны игры с нулевой суммой, когда выигрыш одного участника оплачивается проигрышем другого, а есть игры с суммой больше нуля, когда прибавка появляется в процессе игры и выиграть, по идее, могут все участники. Таков был и мой замысел: политика тоже может строиться таким образом, и это не мешает политической борьбе, т.е. она остается политикой, а не превращается в филантропию. По большому счету здесь надо ссылаться не столько на теорию игр, сколько на Сократа, но это уже на соответствующем месте в концепции. А поскольку у нас еще очень сильны марксистские корни, я бы специально заметил, что неявным образом такая установка лежит и в основе современного рыночного хозяйства, в котором исходный антагонизм работодателя и наемного работника сменяется партнерством и соображениями общей выгоды.
Не буду вдаваться в историю вопроса, однако сделаю несколько рефлексивных замечаний по поводу названной книги. Самую короткую и точную рецензию на нее дал покойный Г.Г. Дилигенский. Он сказал: «Не цепляет». Хотя книга вышла, пусть и с опозданием, но, кажется, в подходящее время (когда шли реформы, обсуждались идеи «устойчивого развития» и национальная идея России), должного эффекта не было. Я, кажется, понял, в чем дело.
Если же иметь в виду целое, я вообще хочу начать все сначала, ибо понятия «ПР» пока построить не удалось, и для того содержания, которое я вкладывал в это выражение, оно само может выступать в функции всего лишь обобщающего наименования. Как оно, в сущности, и было: под обложкой «Политики развития» скрывались замыслы и идеи формирования открытого общества, научной и ресурсной политик, политики обеспечения безопасности и т.п. (Названные идеи были объединены общим подходом и тесно взаимосвязаны, но все же каждая из них может разрабатываться, а некоторые и разрабатывались впоследствии относительно автономно.) Не вижу в таком словоупотреблении ничего зазорного, но хотел бы для начала обсудить другой поворот темы, а именно, как наряду с указанной возможностью следует мыслить саму ПР, так сказать, парадигматически? Стоит ли за этим выражением какой-то специфический референт, например, идеальный тип политики, либо мы будем называть так некий метаполитический проект, либо еще что-то?
Реформы в России идут по-прежнему, но, обжегшись на молоке, дуют на воду, и сегодня я не склонен не только, что спешить, но даже и соотносить в реализационном плане общие идеи ПР непосредственно с происходящим в России и в мире. До реализации пока далеко: она требует гораздо более основательной проработки названных идей. Вместе с тем появление в российском политическом дискурсе национальных проектов, инновационной экономики, обсуждение смены политики стабилизации политикой развития (какой бы смысл ни вкладывался в эти слова), перестройка системы управления Академией наук и т.п. все это открывает перспективы приложения отдельных составляющих ПР в практике, но их надо обсуждать предметно.
Вводные замечания.
Закончу словами Н. Брагинской: «я не зову сюда многих. Я не высказываюсь от имени "нас", страны, народа. Я не даю рекомендаций властям. И не высказываю требований» ( ).
В целом схема получается такая, что двум важнейшим направлениям практико-преобразовательной деятельности оргуправленческой и инженерной соответствуют два направления обеспечивающей их мысли: методология и наука. Пара инженерия и наука оказывается при этом вырожденным случаем пары управления и методологии. Первая пара работает с разного рода «вещами» как материальными, так и идеальными, вторая с мышлением и деятельностью. Рамка развития довершает картину.
Я думаю, что для начала лучше всего обсудить идеи ПР с коллегами, и заранее благодарю всех, кто примет участие в разговоре. Вместе с тем текст такого рода должен быть по возможности общедоступным. Для возможных читателей, недостаточно знакомых с методологией, в приложениях поясняются некоторые хорошо известные коллегам понятия. Надеюсь, что эта публикация будет иметь продолжение. Пока задумано еще два новых куска, из которых первый посвящен политологии (я трактую ее как одно из приложений «учения о мышлении и деятельности», т.е. методологии) и второй инженерии, рассматриваемой в параллель к управлению (этот ход намечен при различении технической и управленческой политик уже сейчас).
Молодежь не знает, а старики, наверное, давно забыли, что двенадцать лет назад я опубликовал книгу, где пытался развернуть концепцию политики развития (ПР) . Теперь мне кажется, что сделано это было неудачно, но тогда я очень спешил, надеясь как-то повлиять на ход российских реформ и впопыхах не отдавая себе отчета в том, что вещи это, во-первых, совершенно несоразмерные, а, во-вторых, связанные сложно опосредованным образом. Тем не менее, в последующие годы я продолжал работу в этом направлении. Накопившийся материал укрепляет меня в мысли, что ПР это содержательно богатая, хотя и непростая идея, и ныне мне бы хотелось по возможности развернуть ее потенциальное богатство. В некотором смысле для современной России это может быть даже актуальнее, чем было в середине 1990-х гг.
Методологические интересы:политическая наукаи научная политика.
доктор геолого-минералогических наук,профессор.
Марк Владимирович Рац,
Рац М.В. Политика развития: новый взгляд
Колонка редакции
А.Лоуэн «От Райха к биоэнергетике»
«Однажды я заметил Райху, что у меня есть определение счастья. Он поднял брови, посмотрел на меня насмешливо и спросил, как я это понимаю. Я ответил: «Счастье есть осознание роста». Его брови опустились, и он прокомментировал: «Неплохо».
Методология в России
Методология в России. Кентавр. circleplus.ru Политика развития: новый взгляд
